Первый раз Оксана проговорила с Петром почти два часа. После звонка легла спать и ещё улыбалась в темноте.
В пятьдесят один год она уже не ждала, что на сайте знакомств ей обязательно напишет кто-нибудь интересный. Заходила иногда, отвечала без особого воодушевления. А тут отложила всё, даже чай не допила.
Пётр был на два года старше, работал с печатным оборудованием и умел рассказывать. Оксана смеялась, переспрашивала, хотела узнать, чем закончилось. Он вспоминал следующую историю.
Ей нравился его голос. Она уже представляла, как они будут сидеть где-нибудь за столиком.
Она не успела рассказать
Через полторы недели Оксана уже узнавала по именам его коллег и соседей. Спросила, как он любит проводить выходной, — услышала про приключение с приятелем. Попыталась узнать, почему выбрал свою работу, — он вспомнил первого начальника. Про Петра самого она так ничего толком и не поняла.
В тот вечер он позвонил, когда она вернулась с работы. Оксана ещё не успела снять пальто.
— Как день?
Она присела в прихожей.
— Хорошо. Я сегодня по дороге в керамическую мастерскую заглянула. Я ведь раньше из глины лепила…
— О, у меня знакомый с этой глиной намучился! Печь себе купил…
Оксана вытащила одну ногу из сапога. Прижала телефон плечом, стала расстёгивать второй.
Пётр рассказывал. Она уже знала, что сейчас будет смешно. Даже улыбнулась в нужном месте.
— Петь, так я не закончила.
— Да, прости. Сейчас, только доскажу…
Она повесила пальто, прошла на кухню, поставила греться ужин.
Когда Пётр наконец спросил, давно ли она лепит, Оксана посмотрела на часы.
— Давно не занимаюсь. Просто мимо прошла.
Про свои маленькие домики уже не рассказала. В каждом вырезала окна, внутрь ставила свечку. Один до сих пор стоял у неё на полке. Сегодня в мастерской так запахло мокрой глиной, что захотелось немедленно сесть за стол и начать.
Она достала тарелку. Пётр спросил, ужинала ли она, и вспомнил, как недавно зашёл поесть в незнакомое кафе.
Оксана слушала вполуха.
Встретиться она предлагала ещё на прошлой неделе. Пётр обрадовался, начал выбирать место. Потом заговорил о чём-то другом. Ни дня, ни времени так и не назвали.
Может, напомнить? Она уже открыла рот, но он снова засмеялся в трубке.
Оксана подождала и взялась за вилку.
На столе лежал телефон. Из динамика доносился его голос. Она ела остывшую еду и думала, что даже не знает, зачем ей встречаться с Петром. За столиком придётся точно так же слушать.
— Ты меня слышишь? — спросил он.
— Слышу.
— А то ты совсем молчишь.
Оксана потянулась убрать тарелку.
Наконец-то тихо
На следующий вечер Пётр позвонил как обычно, около восьми. Только говорил коротко: на работе всё пошло наперекосяк, домой едва дополз.
— Давай я сегодня отбой. Устал.
— Конечно. Отдыхай.
Оксана положила телефон и посмотрела на часы. Восемь ноль семь.
Она набрала воды в ванну. Устроилась в ней с книгой, потом долго сушила волосы. На кухне сделала себе горячие бутерброды и съела их прямо с противня.
Проверять телефон не хотелось.
На другой день он не позвонил. Оксана тоже не стала. Вечером сходила прогуляться, зашла за продуктами. У кассы достала телефон, увидела, что пропущенных нет, и убрала его обратно.
Может, и хорошо, что всё само закончилось.
В субботу Пётр написал: «Ты куда пропала?»
«Да здесь я. Дел накопилось», — ответила Оксана.
Он сразу набрал.
— Привет! Слушай, у меня тут…
— Петь, прости, я как раз выхожу.
— Вечером тогда наберу?
— Давай я сама. Хорошо?
Она пожелала ему хорошего дня и попрощалась.
Пётр ещё немного подержал телефон в руке. Историю, которую он приберёг для Оксаны, так и не рассказал.
В компании ему обычно самому говорили: «Петь, ну расскажи!» Он начинал, все слушали, смеялись, просили ещё. Оксана ведь тоже смеялась.
Он открыл переписку и нашёл название кафе. До встречи они так и не добрались.
«Давай всё-таки выпьем кофе. В четверг в семь, тебе удобно?» — написал он.
За столиком
Через несколько дней она согласилась выпить с ним кофе. Выбрала кафе рядом с домом и сразу предупредила, что ненадолго.
Пётр ждал у входа. Увидев её, улыбнулся и шагнул навстречу. Оксана вдруг вспомнила, как после первого звонка лежала и улыбалась в темноте.
В кафе он помог ей снять пальто. Сели. Пётр взял меню, положил, снова взял.
— Я, если честно, волнуюсь, — сказал он.
Оксана тоже волновалась. Уже приготовилась слушать, как он однажды точно так же волновался, и сама себе усмехнулась.
Пётр спросил:
— Ты говорила, раньше из глины лепила. А сейчас не хочется вернуться?
Оксана подняла на него глаза.
— Хочется. Я тогда делала домики. Маленькие, с окошками. Внутрь свечку поставишь — и светятся.
Она улыбнулась.
— У меня один остался. Иногда вечером зажигаю.
Подошла официантка, они заказали кофе. Оксана закрыла меню, а Пётр спросил:
— А почему перестала?
— Да как-то… Работа, дом. Один раз пропустила, другой. А потом уже столько времени прошло. Вчера даже подумала: вдруг руки всё забыли.
— А что сейчас хотелось бы сделать?
Оксана задумалась.
— Домик у моря. Белый. Чтобы окна большие, а рядом место для стула. Я бы сама в таком пожила.
И стала объяснять, какой у него должен быть дворик. Пальцем провела по столу: здесь стена, здесь дверь. Пётр отодвинул чашку, чтобы не мешала.
Оксана вдруг рассмеялась:
— Я тебе сейчас весь стол застрою.
Он улыбнулся и подвинул к ней салфетку.
Оксана взяла ручку из сумки, набросала крышу. Потом подняла голову:
— А ты ведь так и не ответил. Тебе твоя работа нравится?
— Нравится, — сказал Пётр. — Когда машина стояла, а потом пошла… Я иногда уже всё убрал, могу уходить. А сам стою, смотрю, как листы бегут.
— Прямо любуешься?
— Ага.
Оксана улыбнулась и снова склонилась над салфеткой.
— Тогда смотри. Я тут ещё крыльцо придумала.