Тамара ещё раз открыла анкету.
Аркадий, пятьдесят один год. Фотографии обычные: у воды, в зимней куртке, за столиком на улице. На одной он смеялся, отвернувшись от камеры. Этот снимок ей нравился больше остальных.
«В браке не состоял. Детей нет».
— Ты прикинь, ему пятьдесят один, а он ни разу не был женат! — сказала подруга. — Что-то тут странное. Либо заядлый холостяк: привык, чтобы всё было как ему удобно. Либо с ним что-то не так, раз ни с кем до свадьбы не дошло. Ну не поверю я, что за столько лет никто его захомутать не пытался. Может, он сам сбегает, как только разговор про семью заходит?
Тамара и сама об этом подумала. Представила мужчину, который приглашает к себе после работы, а потом удивляется, почему женщина не хочет приготовить ему ужин.
Аркадий между тем прислал сообщение. Спрашивал, понравилось ли ей в Сортавале: увидел название в подписи под фотографией.
Она ответила. Через десять минут они уже обсуждали, стоит ли возвращаться в город, где весь день шёл дождь. Аркадий считал, что стоит. Тамара — что сначала надо высушить кроссовки.
Перед сном она согласилась встретиться с ним в субботу.
В анкете было не всё
Аркадий ждал возле кафе. Тамара узнала его сразу, а он шагнул ей навстречу и улыбнулся так же, как на том снимке.
За столиком он спросил про её работу. Тамара была бухгалтером в небольшом издательстве. Обычно на этом месте люди кивали и переходили к чему-нибудь ещё. Аркадий поинтересовался, читает ли она книги, которые они выпускают.
Она рассказала, как однажды купила в подарок книгу собственного издательства и только дома заметила цену, которую сама же проводила по документам. Аркадий засмеялся, потом рассказал про свою работу. Он налаживал упаковочное оборудование, ездил на разные производства. Иногда вызов занимал час, иногда домой возвращался поздно вечером.
Тамара спросила, как он при таком режиме питается.
— Готовлю. Сразу на два дня, если знаю, что буду поздно.
— Сам?
Он посмотрел на неё с некоторым удивлением.
— Сам.
Тамара занялась чашкой. Прозвучало так, будто она уже мысленно нашла ему женщину, которая носит кастрюли.
Про брак она спросила ближе к концу встречи.
Аркадий ответил спокойно. В первый раз они прожили вместе четыре года. Собирались пожениться, откладывали, а потом разошлись. Позднее была другая женщина — восемь лет вместе. Она уже побывала замужем и снова регистрировать отношения не хотела. Его это тогда устраивало.
— А сейчас ты как к этому относишься?
— Если мы оба захотим пожениться, я не против. Только сначала хотелось бы встретиться больше одного раза.
Тамара улыбнулась.
Они вышли из кафе и ещё долго гуляли. Он не пытался взять её под руку, пока она сама не придвинулась ближе. У метро спросил, когда можно позвонить.
Вечером подруга написала: «Ну как холостяк?»
Тамара ответила: «Мне понравился».
Его приглашения
Аркадий звонил, когда обещал. Помнил, в какой день Тамара заканчивает позже, и тогда предлагал встретиться возле её работы.
Однажды она пришла раздражённая: целый день искали ошибку в документах, а нашли после того, как все успели поссориться. Он выслушал, спросил, нашлась ли в конце концов сумма, и предложил сначала поесть.
Никаких советов по бухгалтерии у него не оказалось. Тамара была благодарна.
В следующие выходные они поехали смотреть старую крепость. Аркадий заранее узнал, где можно пообедать, взял термос и всё равно спросил у неё, не хочет ли она свернуть к воде. Они свернули и просидели там почти час.
Ему нравилось, как она смотрит по сторонам. Он показывал ей каменную лестницу, а Тамара замечала женщину в окне, которая поливала цветы над головой у туристов. Потом они спорили, куда ведёт узкий проход между домами, и шли проверять.
Вечером у него дома Тамара сняла серьги, положила возле тарелки и забыла о них до самого ухода. Аркадий нашёл, принёс в прихожую. Помог надеть одну, а со второй она повернулась к нему сама. Он поцеловал её за ухом, и домой она уехала значительно позже, чем собиралась.
С тех пор прошло почти три месяца. Тамара перестала спрашивать, можно ли взять чистое полотенце. Они встречались среди недели, иногда оставались друг у друга до утра.
Подруга всё ещё называла его холостяком.
Тамара теперь отвечала:
— У него имя есть.
Три дня
Поездку предложил Аркадий.
Однажды за завтраком они вспомнили тот разговор про Сортавалу и мокрые кроссовки. Он сказал, что хорошо бы уехать куда-нибудь на несколько дней. Снять небольшой дом у озера, погулять, проснуться без будильника.
— Давай с пятницы по воскресенье, — предложила Тамара. — Я попробую день взять.
Аркадий открыл календарь. Выбрали выходные через две недели.
В понедельник Тамара подошла к руководительнице. Та сначала попросила проверить, не будет ли срочных платежей, потом согласилась. Коллега обещала подхватить, если что-нибудь появится.
Тамара написала Аркадию: «Пятницу дали. До четверга всё закончу».
Он ответил: «Отлично. Значит, едем».
Вечером они вместе смотрели дома. Тамаре хотелось террасу, Аркадию — чтобы до воды можно было дойти пешком. Нашли два подходящих варианта. Он собирался позвонить хозяевам и уточнить, какой свободен.
Тамара уже представляла, как они будут пить утром кофе. Без сборов на работу, без его вечернего «мне завтра рано». Три дня с мужчиной, с которым ей хорошо.
Можно ведь через неделю
В среду Аркадию позвонил давний заказчик. Предлагал дополнительную работу на пятницу и субботу — как раз те, с которых начиналась их поездка.
Платили хорошо. Аркадий знал производство, знал людей. Несколько раз выручал их раньше, и ему нравилось, что снова обращаются к нему.
Обязательного выезда не было. Можно было отказаться. Но он уже спрашивал, что подготовить к его приезду, и к концу разговора подтвердил оба дня.
Вечером Тамара приехала к нему после работы. Они поужинали, она достала телефон.
— Ну что, какой дом бронируем?
— Том, с поездкой надо немного подвинуться. Мне тут работу предложили. На пятницу и субботу. Давай через неделю?
Она посмотрела на него.
— Ты уже согласился?
— Да. Предложение хорошее. Я тебе сейчас расскажу.
Он назвал сумму. Рассказал, кто звонил и почему выгодно взяться.
Тамара слушала, положив телефон на стол.
— А ты у меня спросил, могу ли я через неделю?
— Я думал, сможешь договориться.
— Не смогу. Я уже на эту пятницу договорилась.
— Может, с коллегой поменяться?
— Аркаша, мы не по сменам работаем. Я специально дела разложила, чтобы уехать.
Он откинулся на спинку стула.
— Мы же ещё ничего не оплатили.
— А мой день?
— Я понимаю. Но не на завтра ведь отменяю. Время есть.
Тамара убрала телефон в сумку.
Она знала, что он не сидит без дела и умеет зарабатывать. Ей это в нём нравилось. Но сейчас он объяснял, почему решил изменить их планы, так спокойно, будто ей оставалось только узнать новое время.
— Ты хотя бы сначала со мной поговорить мог?
— И что бы это изменило?
— Я бы сказала, что не могу перенести.
Он помолчал.
— И я должен был отказаться?
— Ты сам меня позвал. Мы выбрали дни. Ты знаешь, что я взяла отгул.
Аркадий начал объяснять, что такие заказы приходят не каждую неделю. Что отказаться легко, а потом снова получить предложение трудно.
Тамара смотрела на него и вспоминала слова подруги. Привык, чтобы всё было как ему удобно.
— Ты просто никогда семьёй не жил, — сказала она. — Всё сам решил, меня только предупредил.
В чём ты меня обвиняешь
Аркадий положил ладони на стол. На скулах заходили желваки. Он помолчал.
— Так. И в чём ты меня обвиняешь? Если люди не расписываются, значит, у них нет семьи?
Он говорил тихо и нарочито спокойно. Ему вдруг показалось, что она всё это время искала, что с ним не так. И теперь нашла.
Тамара отвела глаза.
— Я неправильно сказала. Но ты сейчас решил за нас обоих.
Он встал, собрал тарелки. Тамара помогла убрать со стола и пошла одеваться.
Аркадий проводил её до двери. Обычно они ещё долго стояли в прихожей, обнимались, вспоминали, что не договорили за ужином.
В этот раз она сразу вышла.
Наши планы
На следующий день Аркадий несколько раз хотел позвонить. Открывал её номер, потом откладывал телефон. Он всё ещё злился. Тамара знала про его прошлые отношения и всё равно сказала так, будто до неё у него была одна пустая квартира.
После работы он открыл переписку. Хотел посмотреть, в какой именно день она просила пятницу.
«Пятницу дали. До четверга всё закончу».
Ниже его ответ: «Отлично. Значит, едем».
Он долго смотрел на эти слова.
Заказчику он сегодня звонил сам: уточнял время, спрашивал, всё ли приготовят. Ему было важно, чтобы договорённость не осталась пустым разговором.
В поездку они собирались вдвоём. А поменял всё он один.
Аркадий пролистал переписку ещё немного. Фотографии домов. Её вопрос про террасу. Его сообщение: «Тут до озера сто метров, я посмотрел».
Он уже видел, как они туда приедут. Потом принял новый заказ и решил, что от этой картины легко отказаться ещё на неделю. У него самого пятница переносилась. Про её пятницу он не спросил.
Тамара в это время сидела дома с телефоном. Подруге о ссоре не рассказывала: услышать «я же говорила» совсем не хотелось.
Она начала сообщение: «Прости за то, что сказала про семью».
Перечитала. Добавила: «Но я всё ещё не понимаю, почему нашу поездку ты перенёс без меня».
Отправила обе фразы.
Мы же команда
Аркадий позвонил почти сразу.
— Я тоже хотел тебе звонить.
Тамара устроилась на диване, поджав ноги.
— Я был неправ, Том.
Она молчала. Аркадий тоже не сразу заговорил.
— Забыл, как это — быть командой. А мы же с тобой команда?
Тамара провела пальцем по шву на подушке.
— Команда.
— Ты ещё хочешь ехать со мной?
— Хочу.
— Значит, едем. В эту пятницу.
— А работа?
— Завтра позвоню. Скажу, что не смогу.
Тамара расправила поджатые ноги, откинулась на спинку дивана.
— Ты завтра во сколько заканчиваешь? — спросил он.
До пятницы
Заказчику Аркадий позвонил утром.
Разговор вышел неприятный. Ему напомнили, что он уже подтвердил выезд. Аркадий сказал, что поторопился: на эти дни у него была другая договорённость, которую он не учёл.
Его спросили, точно ли он не приедет. Он подтвердил.
После звонка некоторое время сидел за столом. Денег было жалко. Отказывать после собственного согласия — тоже неприятно. Но рассказывать Тамаре, как тяжело всё получилось, он не стал.
Вечером заехал за ней после работы. Они погуляли, по дороге купили продукты к ужину. Дома снова открыли фотографии домов.
Аркадий позвонил хозяину того, что был ближе к воде. На их дни дом ещё оставался свободным. Телефон включил погромче, чтобы Тамара тоже слышала.
Она спросила про отопление. Он — во сколько можно приехать.
В четверг Тамара задержалась в издательстве. Отправила последние документы, написала коллеге, где что лежит, и вышла уже в темноте.
Аркадий ждал у входа.
Три дня всё-таки начались
В пятницу они выехали утром.
Тамара устроилась рядом, поставила сумку в ноги и какое-то время молча смотрела в окно. Аркадий спросил, не хочет ли она ещё поспать.
— Нет. Я пока радуюсь, что мне сегодня не на работу.
Он улыбнулся и убавил радио.
К дому приехали после обеда. До воды оказалось совсем близко, как и было написано. На террасе стояли два кресла, но ветер гнал под навес мелкий дождь.
Тамара поставила сумку в комнате, подошла к окну.
— Всё-таки кроссовки промокнут.
Аркадий встал рядом. Обнял её со спины, положил подбородок ей на плечо.
— Высушим.
Она накрыла его руки своими и ещё немного постояла, глядя на озеро.